Христанская медитация
Международное общество христианской медитации
общество | группы | статьи | видео-аудио | галерея | магазин | контакты | ссылки | новости

МЕЖДУНАРОДНОЕ ОБЩЕСТВО ХРИСТИАНСКОЙ МЕДИТАЦИИ
(The World Community for Christian Meditation)
www.wccm.org

о.Лоренс Фримен OSB



о.Лоренс Фримен OSB
"Община бенедиктинских облатов WCCM - история и перспективы"

Беседа с аббатом-генералом бенедиктинской конгрегации Оливетанцев
о. Микеланджело Тирибили OSB
(аббатство Монте Оливето Маджоре, 12 октября 2010 г.)

Я хотел бы поблагодарить отца-аббата Микеланджело за приглашение к беседе о моей монашеской работе, которая стала частью моей идентичности, моим путем к Богу, и которой я занимаюсь уже более 30 лет разными способами и в разных местах.

Христианская медитация, которой я обучаю, проистекает непосредственно из монашеской традиции, точнее – из пустыннических наставлений о молитве и из Собеседований (9 и 10-го) св.Иоанна Кассиана. Медитация – ни что иное, как oratio pura ("Непрестанная, чистая и невозмутимая молитва") Кассиана, или то апофатическое измерение, о котором говорит Св.Бенедикт в г.73 Правила, указывая, что полное соблюдение монашеской жизни выходит за рамки «этого краткого Правила для начинающих».

Также я хотел бы выразить свою благодарность отцу-аббату за ту его поддержку, которую он оказывал мне на протяжении последних 20 лет, будучи заботливым патроном «Международного Общества Христианской Медитации». Некоторое время назад о.Микеланджело порекомендовал мне заняться вопросом канонического признания нашего сообщества и в том числе облатской общины, являющейся его частью. Первым откликом Церкви стал декрет епископа епархии Брешии, Джулио Сангвинетти.

В следующем, 2011 г., наше сообщество отмечает свой 20-летний юбилей. Оглядываясь назад, я ощущаю огромную благодарность по отношению ко многим моим собратьям, к участникам самых разных общин конгрегации, за их дружбу и поддержку, которую они оказывали мне все эти годы.

Я надеюсь, что мы и в дальнейшем сможем успешно работать над интеграцией нашего развивающегося созерцательного движения с различными формами монашеской и облатской жизни. Наша жизнь имеет множество уровней, проявляющихся в Литургии, чтении Священного Писания, в апостольской работе. Наши общины проявляют свою личностную харизму в разнообразных направлениях теологической мысли и духовного благочестия. Наше разнообразие является нашим богатством, точно так же, как это выражается в истории основателя нашей конгрегации, св. Бернардо Толомеи. Созерцательное измерение нашей жизни, укорененное в нашей собственной монашеской мистической традиции должно всегда оставаться элементом этого единства в многообразии.

Я хотел бы поговорить о тех моментах истории сообщества, которые могут быть особо интересны и ценны для нашего монашеского видения сегодня – во времена, являющиеся переходными для нашей конгрегации, и также ознаменованные эпохой некоторого кризиса институционального монашества во всем мире.

Немного предыстории к тому, о чем я поведу речь. В 1977 г. о. Джон Мейн был приглашен архиепископом Монреаля для основания в Канаде монашеской общины, связанной с лондонским аббатством Илинг. Я сопровождал его в этом путешествии, и, приехав в Монреаль, мы оказались в условиях очень интенсивной и вместе с тем простой монашеской повседневной жизни, развивавшейся в условиях шумной городской среды. Мы совмещали четыре получасовых периода медитации с Литургией Часов и Мессой. Также нам удавалось поддерживать в новом монастыре регулярные медитативные группы - вечернюю группу для мирян и полуденную для приходских священников. И конечно же мы поддерживали дружеские отношения с прочими местными монастырями.

Так росла и развивалась наша жизнь и миссия. Одной из основополагающих идей Джона Мейна была мысль о том, что «медитация творит общину». Глубокое совместное безмолвие, регулярно практикуемое группой людей, преображает их взаимоотношения. И рождение нашего медитативного сообщества – прекрасное тому свидетельство.

Немного позднее мы стали принимать облатов, желавших присоединиться к нашему небольшому новому монастырю. Это были люди, медитировавшие вместе с нами, и постепенно отмечавшие внутренние изменения в своей жизни, происходившие под влиянием этой ежедневной практики. Важным для них было то, что в мудрости св.Бенедикта и дружеской среде общины они находили возможность углубить этот процесс. Конечно же, далеко не все, кто желал с нами заниматься медитацией приходили к решению стать облатами. Но именно облаты начали формировать тот особый и креативный элемент общины, позволивший ей превратиться в обширное медитативное сообщество.

Когда о.Джон Мейн умер в 1982 г., я был еще совсем юным монахом и священником, только недавно принявшим обеты и рукоположение. Я пытался, возможно, не слишком умело и успешно, привлекать пожилых монахов к тому, чтобы помогать нам с формированием общины. Но, опять-таки, именно облаты с большим вдохновением продолжили развитие и поддержку общины. Таким образом, наша работа начала распространяться по всему миру. Я помню, что было очень непросто преподавать монашескую формацию для молодых участников нашего монреальского монастыря и совмещать облатов и монахов в одной и той же общине. И в конце-концов я пришел к тому мнению, что невозможно слить воедино облатский и монашеский путь повседневной духовной жизни в одном и том же физическом месте, в одной буквальной общине. Они взаимосвязаны, но весьма различны.

В 1990 г. я вернулся в Англию, и присоединился к общине монастыря Христа Царя в Кокфостерс. Усилия, вложенные нами с о.Мейном в монреальский монастырь в последующие годы переродились в виде «Международного Общества Христианской Медитации» (WCCM), присутствующего на сегодняшний день в более чем 100 странах и представленного двумя тысячами еженедельных групп христианской медитации. Обучение христианской медитативной практике реализуется сообществом в области самых разных сфер – духовное образование для детей и студентов, программы 11 шагов для Анонимных Алкоголиков, уход за больными и умирающими, бизнес и финансы, помощь малоимущим в фавелах Бразилии и программы межрелигиозного диалога. Облатская община также продолжает развиваться, действуя во всех этих сферах и становясь все более четкой и определенной группой внутри сообщества. В какой-то момент этот ее рост поставил перед нами деликатный вопрос – какого именно бенедиктинского монастыря это облаты? Множество раз обсуждая этот вопрос с приором нашего монастыря в Кокфостерс, о.Плацидом Мейлинком и с Вами, генерал-аббат, мы пришли к решению о том, что это бенедиктинские облаты WCCM, сообщества, названного о.Джоном Мейном «монастырем без стен».

Это определение о.Мейна, «монастырь без стен» – абсолютно новый концепт, совершенно новый экклесиальный организм, который пока сложно четко определить. Однако, как и многие другие формы бенедиктинской духовной жизни, возникшие за последние 1600 лет, он начал свое существование прежде, чем его стало возможным полностью и окончательно определить. Единственное, что я могу сегодня сказать определенно, так это то, что этот «монастырь без стен» имеет каноническое признание Церкви, он обладает массой связей, построенных на любви и дружбе, с различными монастырями «в стенах» по всему миру – в первую очередь конечно же с Монте Оливето. 25 лет подряд мы проводим здесь, в Монте Оливето, наш ежегодный «Безмолвный Ретрит» (фотогалереи ретритов в Монте Оливето - 1, 2, 3), и даже те облаты, которые не имеют возможности попасть сюда физически, ощущают особую любовь по отношению к этому месту, особую связь с ним и с его общиной. Во многих странах, особенно в Северной Америке, наше сообщество обычно начинает свою миссию по обучению христианской медитации в тесной связи с одним из местных бенедиктинских монастырей.

Аббат-примас бенедиктинской конфедерации Ноткер Фольф пригласил нашу облатскую общину участвовать на последних Конгрессах Облатов в Риме, на одном из которых я недавно выступал. Наш международный координатор облатской общины, Патриция Пантон, также представляющая всех облатов Австралии, является членом консультативной группы мирян аббата-примаса, готовящей следующий конгресс.

Сегодня облатская община насчитывает более 350 облатов в 23 странах, во многих из которых имеются облаты - национальные координаторы. Периодически мы организуем международные облатские паломничества, во время одного из них, несколько лет назад мы останавливались в Монте Оливето на «Безмолвный Ретрит», и совершили несколько церемоний финальной облации в базилике Санта-Франческа-Романа. Недавно наши итальянские облаты занимались выпуском целого номера «Italian Benedictine Oblate Journal», посвященного бенедиктинской общине облатов WCCM.

Все наши облаты следуют обычному для ордена процессу вступления в общину. Открывает процесс период постулации длиной в 6 месяцев, затем следует годовой новициат, в ходе которого кандидату назначается ментор – опытный участник общины, помогающий новичку распознать в себе наличие призвания к облатскому пути, и ведущий его таким образом к финальной облации, церемония которой обычно происходит на Мессе во время ретрита.

До сих пор, в описании реалий нашей облатской общины нет ничего необычного, за исключением того, что мы – «монастырь без стен».

Несколько лет назад мы заметили, что вокруг сообщества сформировался круг молодых людей, ищущих возможности углубить свой опыт молитвы, и, главным образом, внутренней молитвы, «молитвы сердца». То, что они искали, является основными составляющими элементами созерцания – безмолвие, покой и простота. Они испытывали устремление к внутренней работе и той дисциплине, в которой эта работа нуждается. Кто-то из них не имел связи с Церковью, кто-то искал более глубокого понимания своей христианской идентичности. И большинство из этих молодых людей не имело монашеского призвания, хотя, если бы они были людьми предыдущего поколения, то наверняка постучали бы в двери монастыря или ордена. Словом, это была обычная современная молодежь, ищущая Бога. Кое-кто из них имел более четко сформулированные запросы и определенно искал общину, в которой можно было бы продолжить свой поиск Бога. В ответ на потребности таких людей мы начали развивать программу «Облатский год». В рамках этой программы желающие могут присоединиться к одной из стабильных облатских общин (одна из таких общин – группа облатов, живущих в лондонском медитативном центре «Meditatio House») на год, следуя ежедневному монашескому графику, участвуя в Литургии Часов, Мессе и практикуя медитацию. В течении этого времени участники программы получают от нас духовное руководство и поддержку. Кто-то соглашается на этот год отправиться в другую часть земного шара и в качестве волонтера помогать бедным, одновременно продолжая свое духовное путешествие. Канидат в облаты в течении года получает от своего ментора помощь в ежедневном созерцательном изучении Правила и в том, каким образом оно может быть применено к его собственной жизни и личности. В конце годового периода молодой облат приносит свои обеты на церемонии финальной облации и чаще всего возвращается к своему повседневному образу жизни, к своим делам. Кто-то просит о более продолжительном пребывании в общине, увеличивая период до трех лет, проводя это время в общине, в духе Правила Св.Бенедикта.

Один из таких молодых облатов сейчас является главой «Центра Медитации и Межрелигиозного Диалога Джона Мейна» в Джорджтаунском университете в США. В этом центре ежедневно проходит три медитативные сессии, и множество молодых людей, приходящих сюда, открывают совершенно новое измерение своей повседневной жизни и своего духовного пути. Многие посетители этого центра также интересуются возможностью участия в «Облатском году», но там пока мы не имеем места для реализации этой программы.

Можно было бы сказать: "Конечно все это хорошо, но ведь они не являются монахами?». В каком-то смысле да, так и есть. Тем не менее, возможно, они своим опытом указывают на какие-то совершенно новые формы монашеской жизни, которые нам следует опробовать и испытать. Эти молодые люди не принимают суровых монашеских обетов на долгие годы. Но все же, в течении определенного времени они соблюдают достаточно серьезную форму приверженности определенной дисциплине, а ведь даже обычные монахи, как мы знаем, далеко не всегда сохраняют верность тем обетам, которые были взяты ими. Эти молодые облаты ищут Бога в ежедневной дисциплине – регулярной молитве Литургии Часов, медитативном чтении Писания, участии в Мессе и в других формах молитвы, включаемых в ежедневный график. Все они находят в себе любовь к духу Правила, и верят, что его мудрость сможет провести их через вереницу жизненных сомнений и кризисов. Опытным путем они исследуют, как Стабильность, Послушание и Обращение могли бы стать частью их жизни.

Имеет ли все это какое-то значение для монахов оливетанской конгрегации? На мой взгляд – непременно; будучи монахами, мы осознаем, что условия нашей жизни постоянно меняются, и в ближайшем будущем эти изменения в очередной раз потребуют некоторых радикальных новых решений. Наблюдая интерес молодежи к новым формам бенедиктинской жизни, касающийся нас тем или иным образом, мы должны прибегнуть к процессу распознавания. Могут ли наши монастыри помочь развиться новому поколению Церкви, не только из корыстного интереса поиска новых призваний (хотя призвания также непременно станут плодом этой работы), но и совершенно альтруистично, делая это просто на благо окружающих и для распространения Царствия Божьего?

В 59 главе Правила, посвященной детям-облатам, рассказывается как именно родители должны передавать своих детей на попечение монастыря, для обучения. Тогда речь шла исключительно о мальчиках, и по достижению зрелости им предоставлялся выбор – оставаться в монастыре или покинуть его. В средние века появляется и другой тип облатов - это зрелые люди, вступающие в какую-то из форм облатской связи с монастырем. Некоторые исследователи утверждают, что периоды наиболее активного развития монашеской духовности соответствуют временам расцвета разнообразия форм облаского пути. И уже в более поздний период облатами называют людей, являющихся друзьями того или иного монастыря, живущими за монастырскими стенами своей независимой жизнью и поддерживающих монахов, иногда финансово, иногда морально.

Развитие новых форм бенедиктинской облации неразрывно связано с развитием новых форм монашеской жизни. В наши дни мы замечаем молодежь, приближающуюся к монашеской жизни, - как, скажем, в Тезе – испытывающую новые пути поиска Бога, обретения духовной формации, обучения молитве, служения и прославления Бога в своей деловой и повседневной жизни.

Как мы можем ответить на этот поиск? Что мы можем извлечь из этого для самих себя? Мы видим, что есть нечто в основе нашей монашеской жизни, что является глубоко привлекательным для молодежи. И даже если сама внешняя форма монашества им не близка, дух нашей жизни для них все же привлекателен. Харизма нашей конгрегации укоренена в личности Св. Бернардо Толомеи, человека, преображенного Духом и ставшего пламенным свидетелем Евангелия. В нем мы видим устремленность к уединению и созерцательности с одной стороны, и с другой стороны – к киновитному образу жизни, к жертвенному дарению себя в служении бедным, больным и умирающим. Качество нашего обновления зависит от того, удастся ли нам объединить все эти измерения в Unum Corpus, в одном теле. Это единство недостижимо только лишь для одной личности или одного отдельного монастыря.

В работе, о которой я говорю, присутствуют как сходства, так и различия. В прошлом я даже не стал бы думать о том, что возможно взять группу молодых облатов и поместить их в один из существующих монашеских центров. Но позже энтузиазм, возникший среди некоторых монашеских общин, заставил попробовать реализовать такой проект. Мне кажется, конгрегации стоит чаще приглашать небольшие созерцательные общины облатов для того, чтобы они могли, сохраняя свою собственную среду, но устанавливая связь с генералом-аббатом, проводить в монашеских центрах время, сроком от года до пяти лет. В свою очередь, нам стоит внимательно наблюдать за развитием этих общин и позволить Духу определить характер будущих взаимоотношений между этими группами облатов и конгрегацией.

Я убежден, что с помощью этого эксперимента мы найдем способ сформировать то видение, которое нам будет необходимо в новых и сложных условиях текущего исторического периода. Сегодня, как никогда ранее, нам важно увидеть в монашеской жизни не столько особый жизненный путь, сколько «путь к жизни». Завершу мою речь словами Св.Бенедикта:

«Ища во множестве народа делателя Своего, Господь взывает, говоря: “Хочет ли человек жить и любит ли благоденствие, чтобы видеть благо? (Пс 33:13). […] Что сладостней для нас сего гласа Господа, призывающего нас, возлюбленнейшие братья? — Вот какой путь жизни по благости Своей показывает нам Господь!» (Правило, Пролог)

Перевод: Мария Захарова, Альберт Захаров
Дорогие читатели, большая просьба: при публикации наших материалов указывайте ссылку на источник. Заранее благодарим Вас!

 








 

Рассылка новостей
Подпишитесь на рассылку новостей и обновлений.


www.wccm.ru
www.wccm.org.ua
www.christian-meditation.com.ua

info@wccm.org.ua








Христанская медитация Христанская медитация